mogno vse

Минский договорняк, или Кто управляет страной

kolaboratsionisti

 
Минский договорняк. Шишкин очень точно охарактеризовал Минские соглашения и все разложил по полочкам. Но меня волнует другое: почему до сих пор Украина не признала ДНР и ЛНР террористическими организациями?


А собака зарыта в п.6 Минского протокола и изменениях в Конституцию, которые так усердно проталкивают как наш (что у меня уже лично вызывает сомнения, наш ли он) президент Украины так, и западные партнеры.

То, что ДНР и ЛНР по юридическим критериям принадлежат к террористическим организациям, не подлежит сомнению (с учетом статьи 258 Уголовного кодекса Украины): лица, действовавшие от имени ДНР и ЛНР, применяли оружие, совершали иные действия, которые создавали опасность для жизни или здоровья людей, причиняли имущественный ущерб, нарушали общественную безопасность, устрашали население, провоцировали военный конфликт и осложнение международной обстановки – и, разумеется, влияли на принятие решений органами государственной власти.

Однако здесь возникает коллизия: в протоколе Минского соглашения предполагается принятие закона «о недопущении преследования и наказания лиц в связи с событиями, которые имели место в отдельных районах Донецкой и Луганской областей Украины» и изменения в Конституцию.

Этот пункт звучит: «принять закон о недопущении преследования и наказания лиц в связи с событиями, которые имели место в отдельных районах Донецкой и Луганской областей Украины». Но не стоит совершать подмену понятий и лгать обществу и миру, потому что речь, по сути, идет об амнистировании всех лиц, участвовавших в вооруженном конфликте – в том числе, представителей ДНР и ЛНР – по смыслу статьи 86 Уголовного кодекса Украины. Но и тут возникает много нюансов.

Амнистия - это вид освобождения от уголовной ответственности или от наказания и его отбывания, который на основании закона об амнистии применяется судом по определенной, но индивидуально неопределенной категории лиц, виновных в совершении преступлений. Но Минский договорняк не предполагает суда. Как и не предусматривает, что требуемый оккупантами закон об амнистии будет определять круг лиц, в отношении которых допускается или не допускается подобный акт.

Соответственно, если нет преследования и наказания конкретных лиц за террористическую деятельность – значит, юридические основания для признания организации, членами которой эти лица являются, в качестве террористической также отсутствуют. Также, по-видимому, нет возможности применить и статью 260 Уголовного кодекса Украины («Создание не предусмотренных законом военизированных или вооруженных формирований»). Поэтому следует понимать, что нам в очередной раз лгут, уговаривая общество, что все, кто был с оружием (то есть, кто резал, убивал, насиловал и грабил) будут наказаны. Ведь это – не предусмотрено минским договорняком! А поэтому хочется спросить: каким образом они будут наказаны? Минский договорняк в шестом пункте дает разгул бандитизму за любые преступления и предлагает получить гарантии неприкосновенности любому бандиту или уголовнику. Причем без временных рамок.

Если же объявить бандитские группировки ДНР и ЛНР террористическими организациями, то украинская власть не сможет давать гарантии бандитам.

Но у нас есть и другой путь признания этих бандформирований террористическими организациями. Это - решение суда. Разумеется, постановлению судебного решения по признанию организации в качестве террористической предшествует детальная следственная работа по сбору доказательств террористической деятельности организации. Затем доказательства должны направиться в суд, и в случае постановления судом положительного решения, организация вносится в реестр террористических организаций. Но в этом направлении украинская власть работу не вела и не ведет.

Таким образом, мы наблюдаем бездействие законодательной власти в Украине (ибо, почему во втором чтении до сих пор не признаны бандформирования ДНР и ЛНР террористическими организациями) и бездеятельность судебной власти, так как ни одна государственная силовая структура не провела следственную работу и не предоставила суду доказательства относительно деятельности бандформирований на оккупированных территориях.

Осталась исполнительная власть, которая, по сути, и управляет у нас законодательной и судебной властями. Таким образом, в Украине произошло искажение принципа разделения власти. Именно поэтому государственная машина пробуксовывает и уже на протяжении 24 лет нашу страну лихорадит от кризисов. Возможно, нам нужно изменить сам строй и Конституцию, но не в плане предоставления особых статусов отдельным областям или федерализации, а изменения, например, в целом государственного строя страны, когда в унитарной стране - парламентская республика.

В нынешних же реалиях президент пытается всю власть подмять под себя и сам решать, что должен рассматривать парламент и за что голосовать. Самым красноречивым фактом такого ручного управления можно считать продавливание голосования за особый статус оккупированных на сегодняшний день территорий, что произошел 31 августа 2015 года.

Теми, кто продавливал этот законопроект под жестким контролем президента, были проигнорированы 156 статья Конституции Украины, а также статья 157, констатирующая, что Конституция Украины не может быть изменена, если изменения предусматривают упразднение либо ограничение прав и свобод человека и гражданина или если они направлены на ликвидацию независимости либо на нарушение территориальной целостности Украины. Конституция Украины не может быть изменена в условиях военного или чрезвычайного положения.

Но 31 августа 2015 года народ продемонстрировал власти осуществление 5 статьи Конституции, дав понять, что именно народ является источником власти в стране. А депутаты ВР доказали, что они готовы эту статью нарушать в угоду коллаборационистам в украинском парламенте, которые пошли на осознанное, добровольное и умышленное сотрудничество с оккупантом в его интересах и в ущерб государству Украина.

Президент Порошенко и парламент просто обязаны доказать народу Украины, что они не являются коллаборационистами и что готовы работать на благо страны, а не на ее развал. А для этого необходимо признать бандитские формирования на оккупированных территориях террористическими организациями. И как бы нам не было тяжело, или как бы нам не мешали те или иные обстоятельства, нужно вернуть в стране работоспособность всех ветвей власти, а главное - их независимость друг от друга. Первым шагом в этом направлении должно стать признание Верховной радой Украины бандитских формирований, именуемых себя ДНР и ЛНР, террористическими организациями. И это должен поддержать Петр Порошенко. Иначе возникает вопрос: кто управляет страной, те, кто за ее сохранение и процветание, или коллаборационисты?

Виктория ПРИДУЩЕНКО, для «Конфликтов и законов»



Комментарии

  +7 #1 одессит 03 мая 2016 г., 10:34:24
автор прав во всем. а происходит все так потому что Порошенко в самом деле уже давно не наш президент.И не был

Добавить комментарий

Новости от Киноафиша.юа
Загрузка...
Загрузка...

Минулої доби російсько-окупаційні війська зосередили основні вогневі зусилля на Маріупольському та Донецькому напрямках. Один український військовий зазнав поранень

подробнее
Конфликты и законы © 2008-2018.

Электронная версия всеукраинского юридического журнала «Конфликты и законы». Свидетельство о госрегистрации: КВ № 13326-2210Р от 19.11.2007 г. Полная или частичная перепечатка материалов сайта разрешается только после письменного согласия редакции. Внимание! Начиная с 21.11.2013 года (дня провала евроинтеграции с ЕС) редакция журнала «Конфликты и законы» (вопреки правилам правописания) оставляет за собой право публиковать слова «партия регионов» и «виктор федорович янукович» со строчной буквы. Также, начиная с 29.06.2016 года, редакция «КЗ» оставляет за собой право навсегда публиковать на своих страницах со строчной (маленькой) буквы слова (и образованные от них аббревиатуры) и словосочетания «москва», «россия», «российская федерация», «владимир путин», а вместе с ними и сокращение «роскомнадзор» (как и все прочие госучреждения рф), нарушив таким образом установленные правила правописания независимо от языков, на каких эти слова и названия публикуются. Это наше оружие в информационной войне с оккупантом.