mogno vse

Сергей Калениченко: «Действия избивших меня милиционеров могут квалифицироваться и по некоторым статьям Уголовного кодекса»

NT size=2>
  На фото: адвокат Сергей Калениченко
В милицейских и полицейских боевиках, которые транслируют по нашему ТВ, представители правоохранительных органов – люди достойные, уважающие право и Закон. Но киношная жизнь не распространяется на действительность. Украинские реалии говорят о том, что не всегда и не все работники милиции считаются с правами граждан, гарантированными им Конституцией. И самое ужасное, что некоторые представители силовой власти игнорируют права не только юридически неграмотных украинцев, но и тех, кто довольно хорошо разбирается в законах. И в этом ужас беспредела, творящегося в стране, и доказывающего, что каждый может попасть под жернова правоохранительной системы, в которой встречаются циники, уверенные в своей безнаказанности. И пример Сергея Калениченко, адвоката адвокатского объединения «Адвокатская фирма «Актио» - прямое тому подтверждение. «Конфликты и Законы», на следующий день просле прецендента, решили поинтересоваться, как Сергей и партнер адвокатского объединения «Адвокатская фирма «Актио» Владислав Максимов прокомментируют факт избиения работниками милиции адвоката, который в тот момент исполнял обязанности, возложенные на него договором на оказание юридических услуг.

Кор. Господа, в связи с возникшим прецедентом, как бы вы прокомментировали действия сотрудников отдела по борьбе с экономической преступностью?

Сергей Калениченко:

Естественно, их действия были противозаконными. Я оцениваю их как не профессиональные по отношению ко мне и как к гражданину Украины, и как к адвокату, который выполняет свои непосредственные обязанности, гарантирование которых предусмотрено законодательством и непосредственно Законом «Про Адвокатуру».

Кор. Но, учитывая то, что вы в момент инцидента находились при исполнении служебных обязанностей, сотрудники милиции должны были как-то мотивировать свои действия?

Сергей Калениченко:

В общем-то, да. Однако никаких законных доводов своим действиям они мне не предоставили. Со своей стороны могу только отметить, что произошедшее - это превышение служебных полномочий работниками милиции и грубое нарушение мох прав и прав доверителя, которого я представлял.

Владислав Максимов:

Со своей стороны, я хотел бы заметить, что хоть и не являлся свидетелем произошедшего, но, тем не менее, как человек и как партнер компании, в которой работает Сергей Калениченко, не могу не отреагировать на факт нарушения милицией его прав. И мой комментарий будет краток: действия милиции однозначно являются незаконными, независимо от того, чем мотивировались представители отдела по борьбе с экономической преступностью для задержания подзащитной Сергей Калениченко и его избиения. Хотя, с точки зрения Закона, подобные действия милиции ничем нельзя аргументировать. И даже если бы Сергей не был адвокатом, а только лишь представителем подзащитной, или просто человеком, не имеющим юридических полномочий, применять к нему физическую силу никто не имел права. Ведь согласно той же Конституции Украины, каждый гражданин имеет право на уважение его человеческого достоинства, а также на получение правовой помощи. А ее предоставление - это как раз и является профессиональной обязанностью адвоката. И то, что произошло, есть грубое нарушение прав личности и Сергея и его подзащитной. Что же до его избиения, то следует заметить, что существует статья Криминального кодекса, предусматривающая ответственность за нанесение легких телесных повреждений.

Кор. Кстати, в случае с Сергеем представители отдела по борьбе с экономической преступностью избивали человека, который хорошо знает закон, но, тем не менее, они не побоялись наносить ему легкие телесные повреждения…

Владислав Максимов:

Не претендуя на объективность, я могу только предположить, что эти представители правоохранительных структур привыкли к безнаказанности за свои неправомерные действия, а поэтому и не готовы справедливо и законно пользоваться той властью, которую им предоставило государство.

Сергей Калениченко:

А я бы хотел заметить, что, в моем случае, работниками милиции была грубо нарушена статья 29 Конституции Украины, гарантирующая личную неприкосновенность гражданину Украины. И это проявилось в частности и в том, что мой доверитель был задержан без составления протокола о задержании. Женщину закрыли в кабинете, где она провела около пяти часов, но при этом она не являлась задержанной. Фактически - ей преграждали дорогу путем физического и морального давления, не давая покинуть помещение Голосеевского райотдела милиции.Также у нее отобрали мобильный телефон и не предоставили возможности сообщить родственникам о ее незаконном задержании. Более того, скажу больше: когда ее заводили в райотдел милиции, то в журнале посещений (который находиться у дежурного милиционера) не было сделано соответствующей записи о том, что она прошла на территорию этого учреждения. И, как выяснилось позже, работники милиции спекулировали этим фактом и угрожали ей, заявляя, что фактически никому не известно о том, что она находится в этом отделении милиции, а значит, они могут продержать ее в райотделе столько времени, сколько посчитают нужным. И этот факт я расцениваю как моральное и физическое давление на мою подзащитную. Кроме всего прочего, милиционеры изначально грубо нарушили пятую статью «Закона о милиции», в которой сказано, что сотрудники милиции при обращении к гражданину обязаны представляться и предъявлять свои служебные удостоверения. Однако когда я потребовал, чтобы представители правоохранительных органов показали мне свои документы, то получил отказ. И хотя я осознавал, что имею дело с сотрудниками милиции, но не знал ни кто они, ни какие должности занимают. И вообще-то, честно говоря, действия избивших меня милиционеров могут квалифицироваться и по некоторым статьям Уголовного кодекса. Например, статьи 365 УК – превышение служебных полномочий, статьи 397 УК – препятствие законной деятельности представителя или защитника, и статьи 398 – угроза или применение насилия к адвокату или законному представителю.

Кор. Как вы считаете, существуют ли правовые нормы для борьбы с правовым беспределом со стороны правоохранительных органов?

Владислав Максимов:

Бороться с беспределом возможно. Все зависит от решительности людей, которые от него пострадали. И хотя наше уголовно-процессуальное законодательство недостаточно совершенно, но и в нем существует весьма обширный инструментарий защиты прав граждан от такого рода посягательств. Другой вопрос - как он применяется. Хотя, если есть желание противостоять системе и имеется определенный набор правовых знаний, то вести борьбу реально. Тем более что можно найти поддержку не только среди адвокатов, но и представителей правоохранительных органов, которые ведут борьбу за чистоту своих рядов.

Сергей Калениченко:

Кстати, сегодня человеку проще вести борьбу с представителями милиции, нарушающими их права. В частности, всегда можно позвонить в службу доверия Министерства внутренних дел или в прокуратуру.

Кор. А вы лично обращались за помощью в эти структуры?

Сергей Калениченко:

После инцидента я позвонил в службу доверия Министерства внутренних дел, а также позвонил на номер 102. Но, по ряду субъективных причин, дежурный наряд милиции так и не приехал. Хотя мой вызов был зафиксирован дежурным, и мне сообщили, что наряд выехал. Но в течение сорока минут мы его так и не дождались.

Кор. В свое время Луценко требовал реформирования правоохранительных органов. Но, став министром МВД, так ничего и не изменил. Как вы думаете, возможно ли, чтобы и в Украине правоохранительные органы из карательного органа превратились в орган защиты граждан?

Владислав Максимов:

Да не стоит обвинять Луценко, он все равно мало что мог бы изменить. Ведь сегодня в Украине – системный кризис власти. И дело не в том, кто будет министром МВД. Хотя можно предположить, что если бы эту должность занял харизматичный, талантливый и профессиональный человек, то он, возможно, используя свои личные качества, и попытался бы повлиять на систему. Но проблемы в структуре МВД уходят корнями далеко в историю, а поэтому вряд ли один человек может что-то существенно в ней изменить.

Кор. Законы и Конституция Украины дают право человеку не свидетельствовать против себя. Но в милиции часто «надавливают» на граждан, чтобы они давали нужные показания. Как бы вы прокомментировали подобные действия правоохранительных органов?

Владислав Максимов:

В действительности, не стоит так категорично говорить о том, что подобное происходит везде и повсеместно. Отношение к задержанному всегда зависит от личностных качеств тех милиционеров, которые выполняют свои профессиональные обязанности. Я многократно присутствовал на допросах в статусе свидетеля и не наблюдал таких уж незаконных действий относительно допрашиваемых. Боле того, практически всегда следователи и дознаватели, перед допросом, ссылались на соответствующую статью Конституции, которая гласит, что человек имеет право не давать показания относительно себя и своих родных.

Кор. Но в случае с господином Калениченко представители правоохранительных органов все же нарушили закон. А значит, адвокат и подзащитная имеют право обращаться в суд с требованием возмещения моральной и материальной компенсации. Будут ли инициированы подобные иски?

Сергей Калениченко:

Мы собираемся обратиться в прокуратуру города Киева, а также в отдел внутренней безопасности Министерства внутренних дел. А уже по результату проверок, которые будут проведены вышеупомянутыми органами, мы и будем решать, следует ли нам требовать материальную и моральную компенсации.

Кор. Ну, а если все проверки подтвердят неправомочность действий сотрудников милиции, то вы и ваша подзащитная сможете требовать возмещение моральной и материальной компенсации?

Сергей Калениченко:

Если сотрудник милиции своими незаконными действиями наносит ущерб юридическому или физическому лицу - он совершает преступление. Если это так, то этот факт должен быть подтвержден решением суда. То есть: против такого сотрудника должно быть возбуждено уголовное дело. И если его вина будет усматриваться прокуратурой, то дело передается в суд. Только тогда, на основании приговора или другого судебного решения, вступившего в законную силу, мы можем говорить о возмещении морального и материального ущерба, причиненного сотрудниками милиции. А не имея решения суда, нельзя утверждать, что действия сотрудников правоохранительных органов были противозаконными. Даже если кто-то так и считает – это всего лишь его точка зрения, которую еще следует доказать. Так что необходимо дождаться результатов проверки, а после будем решать, что делать дальше.

Интервью вела Оксана КОТОМКИНА

Следующая статья »



Комментарии

Комментарии отсутствуют. Возможно, ваш будет первым?

Добавить комментарий

Новости от Киноафиша.юа
Загрузка...
Загрузка...

Последние новости

Загалом, минулої доби, зафіксовано 10 прицільних обстрілів опорних пунктів Збройних Сил України. Унаслідок ворожого вогню поранення зазнав один український захисник

подробнее

Опрос

Что принесет Украине закон о реинтеграции Донбасса?

pp
Конфликты и законы © 2008-2018.

Электронная версия всеукраинского юридического журнала «Конфликты и законы». Свидетельство о госрегистрации: КВ № 13326-2210Р от 19.11.2007 г. Полная или частичная перепечатка материалов сайта разрешается только после письменного согласия редакции. Внимание! Начиная с 21.11.2013 года (дня провала евроинтеграции с ЕС) редакция журнала «Конфликты и законы» (вопреки правилам правописания) оставляет за собой право публиковать слова «партия регионов» и «виктор федорович янукович» со строчной буквы. Также, начиная с 29.06.2016 года, редакция «КЗ» оставляет за собой право навсегда публиковать на своих страницах со строчной (маленькой) буквы слова (и образованные от них аббревиатуры) и словосочетания «москва», «россия», «российская федерация», «владимир путин», а вместе с ними и сокращение «роскомнадзор» (как и все прочие госучреждения рф), нарушив таким образом установленные правила правописания независимо от языков, на каких эти слова и названия публикуются. Это наше оружие в информационной войне с оккупантом.