mogno vse

Выбравшиеся из ада: Говорите о перемирии? Ну, ну…

shufrich medved

 
Беженцы из Луганской и Донецкой областей в ужасе. Выбравшись из ада, люди рассказывают страшные вещи, констатируя: боевики не собираются сдаваться и складывать оружие. Беженцы из Краматорска, рассказывая свою историю, вытирают слезы: как быть – спрашивают они?


Сегодня в этих регионах – ад. Ребята из ДНР и других псевдореспублик занимаются полным мародерством. Квартиры выехавших граждан тут же боевиками выставляются на сдачу или продажу. Те, кто не выехал – прячутся. Только боевики с некоторых пор – не церемонятся.

В последние несколько недель террористы ходят по квартирам, выламывают двери и вылавливают мужчин, допытывая о том, кого они поддерживают - Украину или ДНР и Россию. Говорить «Украину» - опасно. Минимум, переломают кости, максимум – пустят пулю в лоб. Если же сказать, что поддерживают ДНР и Россию, - забирают и заставляют брать в руки оружие и идти воевать против украинской Национальной гвардии.

Оба варианта для мирных граждан – неприемлемы, но выбора у них – нет. С началом переговоров боевики – обнаглели и теперь вообще с мирными гражданами не считаются: снайпера могут развлекаться, просто стреляя по мирным гражданам, оставаясь в полной уверенности в своей безнаказанности.

Мирное население областей не понимает, почему украинская власть до сих пор не уничтожает сепаратистов и боевиков. Люди, приехавшие из Краматорска, клянут Шуфрича, Медведчука, Царева и Порошенко за легализацию бандитской группировки. Граждане интересуются: с каких это пор граждане чужой страны (а переговоры нужно вести с гражданами России, и Шуфрич, Медведчук и Порошенко это знают) могут требовать в чужой стране отделения ее территорий в пользу той страны, из которой они приехали, или создания непонятной республики?

Краматорчане до сих пор в недоумении от факта переговоров, ведь, по сути, если рассматривать сложившуюся на Юго-востоке Украины ситуацию на бытовом уровне, то выходит, что бандиты забрались в квартиру, детей взяли в заложники, а потом требуют переговоров с родителями, чтобы квартира осталась им. А милиция, вместо того чтобы обезвредить преступников, рассказывает родителям, что эти переговоры нужно вести, хотя уже известно, что одного ребенка бандиты уже убили, а другим – отрезают пальцы. Только представители милиции продолжают убеждать всех, что нужно бандитов услышать, а потом еще и посылают представителей в погонах для переговоров с уголовниками, захватившими чужую жилплощадь.

Интересно, если подобную схему провернуть с недвижимостью Шуфрича, Медведчука и Царева, они тоже будут в переговорном процессе? Что-то, когда люди во время Майдана только подъехали к дому Медведчука, Оксана Марченко вопила во все СМИ о безобразии. А если туда вообще войдут чужие люди и скажут, что все, что нажито непосильным трудом старика Марченко должно отойти другим, то Оксана возглавит переговорный процесс о договоренностях с бандитами?

Страна – важнее недвижимости. Ее целостность и покой ее граждан важнее всех капиталов, украденных у народа всякими медведчуками, шуфричами и царевыми. И на месте инициативных групп следовало бы процесс, запущенный этими гадами в Донецкой и Луганской областях, распространить на их личное движимое и недвижимое имущество. А потом – предлагать переговоры. Было бы честно, не правда ли?

Жители в Донецкой и Луганской областях – разные. Мыслят они – стереотипно, да еще и под натиском постоянной пропаганды из России все еще грезят об СССР. Но и они уже – прозревают. И, убежав из этих регионов, они точно знают: боевики, используя перемирие, подтягивают силы и дальше готовы убивать. Все, чего они хотят – затянуть время. А в это время предатели Украины организовывают переговоры с гражданами России, не имеющими никакого отношения к Украине. Выходит, что в сложившейся ситуации люди Путина, вошедшие с оружием в Украину, через людей Путина – предателей в Украине, готовы шантажировать украинскую власть, дабы она согласилась на требования Путина.

И вот на эту путинскую тавтологию Шуфрич, Медведчук и Царев, по которым 111 статья УК плачет уже несколько лет, хотят присадить всю Украину, прекрасно осознавая, что никто из боевиков оружие складывать не собирается. Но для предателей, таких как Шуфрич и Медведчук с Царевым, война – как родная мать, на которой можно и денег подзаработать и попиариться, а то, что гибнут люди, то граждан, предавших Украину – такое интересует мало, хотя на камеры ТВ они и изображают беспокойство.

Боевики же продолжают убивать, грабить и похищать людей ради выкупа. Интересно, а если боевики нацелятся на родных переговорщиков (что совсем не бедны), они также будут улыбаться перед камерами, защищая бандитов, или потребуют их уничтожения?

Лина ТЫХА, «Конфликты и законы»



Комментарии

Комментарии отсутствуют. Возможно, ваш будет первым?

Добавить комментарий

Новости от Киноафиша.юа
Загрузка...
Загрузка...

За минулу добу незаконні збройні формування 18 разів обстріляли позиції ЗСУ, один український воїн був поранений, однин травмований

подробнее

Опрос

Как Вы относитесь к лишению украинского гражданства Саакашвили?

pp
Конфликты и законы © 2008-2017.

Электронная версия всеукраинского юридического журнала «Конфликты и законы». Свидетельство о госрегистрации: КВ № 13326-2210Р от 19.11.2007 г. Полная или частичная перепечатка материалов сайта разрешается только после письменного согласия редакции. Внимание! Начиная с 21.11.2013 года (дня провала евроинтеграции с ЕС) редакция журнала «Конфликты и законы» (вопреки правилам правописания) оставляет за собой право публиковать слова «партия регионов» и «виктор федорович янукович» со строчной буквы. Также, начиная с 29.06.2016 года, редакция «КЗ» оставляет за собой право навсегда публиковать на своих страницах со строчной (маленькой) буквы слова (и образованные от них аббревиатуры) и словосочетания «москва», «россия», «российская федерация», «владимир путин», а вместе с ними и сокращение «роскомнадзор» (как и все прочие госучреждения рф), нарушив таким образом установленные правила правописания независимо от языков, на каких эти слова и названия публикуются. Это наше оружие в информационной войне с оккупантом.